29 мая на сцене концертного зала Центрального Дома Художника будет представлен один из наиболее экстравагантных
и органичных музыкальных альянсов. Во-первых, группа Вежливый Отказ выступит со своей новейшей программой, лишь
небольшая часть которой была озвучена в прошлом году. Во-вторых, контрапунктом этой программы станут редкие
сочинения Игоря Стравинского и Александра Мосолова в исполнении Первого симфонического ансамбля без
дирижера – Персимфанса – коллектива, недавно воссозданного Петром Айду на базе музыкальной лаборатории
Школы драматического искусства. Собственно, музыкальный альянс будет состоять в неожиданных и плодотворных
пересечениях современного мелоса Вежливого Отказа и его исторических собеседников – экспериментов классического
музыкального авангарда 1920–1930-х гг. При этом иллюзия исторического расстояния будет преодолеваться физически:
музыканты Вежливого Отказа вместе с оркестрантами Персимфанса сыграют пьесы передовых русских композиторов прошлого
века, утверждая тем самым не только общность современного музыкального языка, но и действенность его принципов: дерзость
поиска, открытость звуковой формы, истина внутреннего взгляда – принципы, которые Вежливый Отказ продолжает
совершенствовать и сегодня.
Однажды в середине 1920-х безусловному новатору Стравинскому задали каверзный вопрос: «Каково ваше мнение о современной
музыке?». Стравинский ответил: «Я ее не выношу». «Ну а ваша музыка?», – продолжал репортер. «Моя? Но я не пишу современной
музыки», – парировал Стравинский. Вежливый Отказ, как бы оправдывая свое название, даже в плакатные перестроечные избегал
«рокового» пафоса современности и героической патетики, наводя резкость между «нервом–рок-н-ролль», импровизационностью
джаза и организованной рафинированностью академической музыки, следуя в этом лишь внутренним интуициям. Органично создавая
общий язык для главного, что произошло в музыке ХХ в., Вежливый Отказ сам стал образцом такого языка, в котором узнаются
диалекты джаза, рока, вальсов, танго, маршей, современной камерной музыки и народных «густоплясовых» – часто об этом
свидетельствуют сами названия композиций. Вежливый Отказ не пишет современной музыки, он пишет, как говорит лидер группы
Роман Суслов, «естественную музыку», и поэтому она становится современной.
Создавая свою современность в начале прошлого века, Стравинский, Шостакович, Хиндемит, Мосолов, Сати и многие другие
композиторы на языке академической музыки переформулировали фольклорные традиции и регтаймы с шимми и чарльстонами,
механические ритмы машин и речь обывателей метрополисов. Но общность избранных для концерта сочинений И. Стравинского и
А. Мосолова имеет с музыкой Вежливого Отказа особое родство. Так, «этнические опыты» в области подлинной русской звучности
Отказа оказываются консонантными неофольклоризму Стравинского периода Петрушки и Весны священной и народным попевкам Свадебки,
а прославившие его «варварские» ритмы и любовь к ударным согласуются с прихотливым, многообразным и нередко полиритмическим
рисунком в пьесах Вежливого Отказа. Это заметно по синкопированию в Регтайме для 11 инструментов (включая цимбалы (!), имитирующие
треньканье банджо), который Стравинский написал еще в 1918 г., завершив опус в день окончания Первой мировой войны. И если партитуру
Регтайма оформлял Пикассо, то конверты Вежливого Отказа – классики московского концептуализма – Свен Гундлах и Константин Звездочетов,
не говоря о раннем, но нашумевшем сотрудничестве группы с Гором Чахалом, и последних работах с Дмитрием Гутовым.
Спонтанность композиции в противовес формализованности, подвижная нефиксированная структура, которые приучают слушателя Отказа
присматриваться к случайностям и к неожиданным разрешениям, оказываются, между тем, близкими Стравинскому, признававшемуся в
нелюбви к канонизированному искусству. Это заметно по концерту для камерного оркестра в ми-бемоль мажоре, названному в честь
резиденции его заказчиков Dumbarton Oaks (1937–1938). Сперва он кажется близким инструментализму Бранденбургских концертов Баха,
чтобы тут же опровергнуть ожидания и поставить под сомнение как барочные, так и неоклассицистские принципы сочинения, по которым
композитор скользит, как скользит безладовый бас Шумилова между регги и босса-новой, чтобы прийти к свинговой пульсации или маршевому
остинато.
Избегающая прямого называния, группа вежливо отказывается от форм и песни и инструментальной композиции ради метафоры музыкальной
пьесы, в которой могут происходить любые переходы и превращения, в которой чистая выразительность побеждает любые предубеждения,
обманывает самые проницательные ожидания. Это позволяет Отказу, не надевая собственных масок, видеть сквозь маски других (и писателя
Толстого, и Пролетария или Большевика), которые в ироническом «остранении» перестают быть персонажами и типами, становясь плотью
по-хармсовски чистого музыкального вымысла – «Эдисонами эрогенных зон», как написал поэт А. Семенов. В вокальном цикле Александра Мосолова
Четыре газетных объявления, написанном в 1926 г. на рекламные тексты со страниц Известий (подобно Газетным вырезкам Ханса Эйслера, написанным
в том же 1926 (!)) самоуверенная косноязычность нэпманских персонажей предстает фикцией, абсурдность которой обнажает диссонантная
фортепианная речь. Сатирический портрет того «шустрого, прыткого, хитрого дядьки обывателя», о котором пел ранний Отказ, рисуется сугубо
музыкальными средствами. В противовес классическим трактовкам Роман Суслов и Петр Айду исполнят эту злободневную карикатуру без
горжетки колоратурного сопрано, обнаружив неслучайную параллель между афористической иронией раннего творчества Мосолова и
текстами Вежливого Отказа.
Называя свою новую концертную программу Nichtzusammen (что в переводе с немецкого означает «не вместе» и пишется как раз раздельно),
Отказ парадоксально утверждает обратное. 29 мая в ЦДХ Вежливый Отказ, «всегда стремившийся играть оркестровую музыку» (как когда-то
сказал о группе ее лидер Роман Суслов) выйдет на сцену вместе с оркестрантами Персимфанса, чтобы, как говорил Стравинский о задачах
музыки, «внести порядок во все существующее, включая сюда, прежде всего, отношения между человеком и временем».
Начало концерта в 20.00. Просьба не опаздывать.
Константин Дудаков-Кашуро
|